Осенний разговор

29989-w

— Мы уже давно встречаемся. Пусть редко, но регулярно. Думаешь, нам ещё рано говорить о том, что будет дальше?

Я скатываюсь с кровати и шарю по полу в поисках трусов. Их нигде нет. Приходится включать ночник и щуриться даже от такого мягкого света. Трусы находятся тут же.

Выключив свет, я отдёргиваю плотную штору и выглядываю в окно. Всё это время я молчу. И она молчит. Я долго стою спиной к кровати, надеясь, что она уснёт, и нам не придётся разговаривать.

По лёгкому вздоху я понимаю, что она не спит и ждёт. Подоконник холодит мне руки, а из окна тянет сырым сквозняком.

— Сейчас же только двадцатое августа, — произношу я.

— Что?

Деревья за окном сгибаются от порывов сильного ветра. Бумажное шуршание поредевшей листвы заглушает мои мысли. Впрочем, мне это только на руку.

— На улице настоящая осень. Почему весна не приходит в середине февраля?

— Ты вообще признавался хоть раз девушке в любви?

Я оборачиваюсь. Глаза привыкли к темноте. Она сидит, прислонившись спиной к стене, одеяло натянуто до подбородка. Такая красивая и такая нежная в этих сумерках, истончающих всё материальное.

— Хотя, что я спрашиваю, — продолжает она с невесёлой усмешкой. — Влюбляться ты умеешь. Любить — нет.

Я снова вглядываюсь в непогоду. Невольно пробирает дрожь. Как хорошо, что можно закрыть окно, задвинуть шторы, забраться под кровать, закрыть глаза и забыть о том, что за стеной уже разлагается труп бестолкового лета. Читая любимую книгу, ты каждый раз надеешься на то, что герой чудесным образом избежит всех несчастий. Прогуливаясь под ручку с летом, ты веришь, что хоть в этот раз оно сумеет перехитрить свою смерть.

— В первом классе я признался одной девочке в любви. Потом пришлось её за это побить.

Сожаление — то, чего надо стараться избегать всеми силами.

Отсутствие сожаления — рецепт если не к счастливой жизни, то к спокойному существованию точно.

Если не о чем жалеть, не о чем и волноваться. Жаль, что иногда всё-таки случаются ситуации, когда сожаление появится в  любом случае.

Конечно, как всякий романтик, я верю в любовь и предначертание. Конечно, как любой городской циник с раздутым эго я знаю, что создан для другого. Не для этих глупостей.

— Ладно, — прерывает она мои раздумья. — Я всё понимаю, правда. Я даже не обижаюсь. Только… — голос её становится неуверенным, словно она сомневается в том, что собирается сказать. — Только мой возраст…

«Вот оно», — проносится у меня в голове.

— Знаю. Глупости, — видимо, выражение лица меня выдало. — Метро ещё работает. Проводи меня.

В лифте я думаю о том, что мы слишком легко одеты. На улице творится что-то страшное. На улице снова проклятая осень — моё любимое время года.

Всю дорогу к метро мы молчим. Встречный ветер затыкает нам рты, приказывая соблюдать тишину. Мы крепко держимся за руки в тщетной попытке согреться. Нас окружают кусты и деревья, ещё недавно бывшие такими весёлыми и яркими. Коварные силы увядания заставили широкие листья каштанов съёжится и потемнеть. Среди сухой листвы шиповника тяжёлыми кровавыми каплями зреют ягоды.

Обратно я шёл быстрым шагом, разглядывая тёмный от дождя асфальт. Навстречу мне шла девушка. В такую погоду она широко улыбалась. Кончики её волос скользнули по моему лицу, когда она проходила мимо. Они оказались мягкими, словно молодая майская трава и ароматными, как клеверный мёд.

Внезапно ветер стал совсем слабым и тёплым. Лето было в самом разгаре.

 

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s