Зомби-сон

i010-001-269927907

Давненько подсознание не радовало меня трешем и угаром, но сегодня отыгралось за длительный перерыв.

Меня и нескольких моих друзей везут в автобусе на какие-то обязательные работы. Мы — заключённые или что-то вроде того. Мы обсуждаем, что бесчеловечно бросать нас чёрт знает где, без средств защиты, в то время, как эпидемия (спасибо Альберу Камю и его «Чуме»), превращающая людей в зомби распространяется всё быстрее. Я показываю друзьям коробку с патронами для дробовика, которую мне удалось стащить у охраны. Мы решаем, что на месте нужно будет сразу найти дробовик (ну а что, дробовики ведь повсюду разбросаны бывают).

Нас запирают в огромном здании, в наших рядах смятение и паника, так как в здании полно заражённых. Внезапно мы с друзьями остаёмся одни, бежим по пустынным, зловещим коридорам, заглядываем во все комнаты и кабинеты в поисках хоть какого-то оружия. Бесполезные патроны гремят у меня в кармане. В некоторых кабинетах мы видим нечто настолько ужасное, что сон оберегает мой рассудок и показывает мне только наши спины и часть комнаты. Одна из дверей резко распахивается и оттуда выходит зомби. Он очень похож на человека, только кожа у него неестественно белая, а глаза красные. С криками мы бежим от него, хорошо, что передвигается он не очень быстро. Заваливаемся в какую-то тесную комнату и едва успеваем закрыть дверь. Она содрогается от сильных толчков снаружи. Выхода нет, мы в ужасе. Я поднимаю голову и вдруг вижу под высоким потолком небольшое окно. Прошу подсадить меня. Пытаюсь бесшумно выдавить стекло. На улице наверняка полно монстров, которые сбегутся на шум. Мне это удаётся и я выглядываю наружу. Прямо под окном стоит вооружённый карабином «Сайга» человек. Один из тех, кто привёз нас сюда. Я падаю на него и начинаю бить ногами, пока он не опомнился. У него при себе целый арсенал: карабин, автомат и пистолет. Я дрожащими руками заряжаю Сайгу своими патронами и кричу своим, чтобы спускались. В это время на меня со всех сторон начинают валить зомби. Я взвожу затвор, он очень тугой, а ладони у меня мокрые, с трудом мне это удаётся и я начинаю стрелять. Мне чертовски страшно. Патроны кончаются и я отбрасываю карабин и стреляю из автомата, но от пуль этого калибра зомби лишь пошатываются. Один из моих друзей подбирает Сайгу, заряжает её, и вместе мы справляемся.

Мы долго идём через лес и натыкаемся на лагерь. В нём группа вооружённых людей, они просят нас присоединиться к ним. Мы собираемся вокруг большой карты, расстеленной на бревне. Нам объясняют про эпицентры заражения (спасибо фильму «Война миров Зи»), про то, что с ними можно справиться. Нам объясняют, что заражённые не теряют интеллект окончательно, с ними можно даже договориться или приручить. На наш вопрос, как это сделать, нам отвечают, что можно прикармливать их своей кровью. Ничего, кроме отвращения, эта мысль у нас не вызывает.

Кадр и декорации резко меняются. Я с двумя своими друзьями нахожусь в убежище. Это что-то вроде длинного туннеля метро с ответвлениями и очень тусклым светом. Атмосфера близка к отчаянию.

Мы обсуждаем наш план. Нам нужно проникнуть в заброшенный туннель — один из очагов заражения там.

Мы стоим в начале очень длинного и ярко освещённого коридора. На противоположном конце кто-то есть. Он замечает нас и быстро приближается. Я кидаюсь навстречу. Сзади доносится крик одного из моих друзей: «Мать твою, это же Борис Гребенщиков» (спасибо радиостанции, которую я слушал вчера целый день и на которой часто включали БГ). Я начинаю палить, но от пуль никакого эффекта, а он начинает стрелять в ответ. Я скачу по стенам, уворачиваясь от пуль, как сраный Нео и внезапно начинаю орать дурным голосом: «Этот поезд в огнееее…», мой противник роняет оружие и подхватывает: «… нам некуда больше бежать!» Этого мы побеждаем.

Мы живём в этом убежище уже несколько недель. Я сижу за столом в чём-то вроде столовой. Я совершенно один. Света почти нет. В моём сердце ледяной страх и уныние от одиночества. Я не понимаю, почему нет никого из моих друзей. Мне кажется, их всех убили и сожрали. Мне кажется, на всём свете остался только я. Мне кажется, что больше нет смысла сопротивляться.

В помещение заходит девушка, и меня словно окатывает теплом и радостью. Флешбеком я вижу, как мы познакомились в этом же убежище, как развивались наши отношения. Как она была агрессивна поначалу и долго сопротивлялась чувствам, справедливо полагая, что для них сейчас не время и не место.

Сейчас мы сидим рядом, я крепко прижимаю её к себе, глажу по волосам, а она плачет и говорит, что когда всё закончится, она станет мне не нужна, что она уродина и у неё ужасная семья. Я смеюсь, целую её мокрые от слёз глаза и утешаю, а сердце у меня щемит от нежности.

Я и мой друг стоим возле входа в убежище и щуримся от яркого солнца. Картина, которая нам открывается, абсолютно безрадостна. Мы словно бы смотрим с высокого холма на практически уничтоженную Москву. Разрушенные небоскрёбы, рухнувшие мосты, провалившаяся земля. Мы решаем, что нужно уйти и довести начатое до конца, хотя третий наш друг погиб. Напарник рассказывает, что в одном из помещений убежища он нашёл танк. Полностью исправный и заправленный Тигр (спасибо World of Tanks). На нём мы можем доехать куда угодно.

Я иду к ней, чтобы взять с собой или попрощаться. Она укачивает на руках ребёнка — свою сестру. На грязной койке в углу храпит её пьяный отец. Я обнимаю её и говорю, что обязательно вернусь. Вернусь за ней и её сестрой. Она молчит и только прижимается ко мне.

Я просыпаюсь.

Ну разве это не сюжет для нового блокбастера с Бредом Питтом в главной роли, а?

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s